|
Поднимите руку, кто понимает, что значимое в первом классе. Выучиться читать? Это почти все к первому классу уже могут. Не проспать 1-ый урок? Тяжело, в особенности неким опекунам. Но и эта неувязка не основная. Сдружиться с одноклассниками? Сильно принципиально. Но большая часть деток с этим справляется сносно. Труднее и значимее всего - устроить так, чтобы у малыша не появилось устойчивого брезгливости к учебе. Как это устроить, рекомендует ребяческий специалист по психологии Лариса Ивановна Розанова.
 Исключительно мудрая
Вот 1 из историй. Девченка пришла в школу отлично приготовленная. На уроках ей было скучновато: она уже умела и читать, и думать. Учительница была ею довольна. Но мать беспокоилась, видя, что дочка в школе чем далее, тем больше пристращается не обучаться, а валять дурака: сообщает кое-как, 2 буквы пропустила — и хорошо, значение где-то далековато...
Мать привела дочку к детскому специалисту по психологии. При 1 встрече девченка произнесла: "Ну, я в классе исключительно мудрая..." — "Ты, естественно, исключительно мудрая, но отчего ты пишешь "тигар", когда в учебнике ясно написано "тигр"?
Девченка в первый раз с неким энтузиазмом заглянула в личную тетрадку. До конца учебного года раз еженедельно заместо школы девченка прогуливалась на занятия к Ларисе Ивановне (в школе не возражали, отличница так как), а так как тут были уроки личные, задания трудные, то отличница и постаралась, и на первый взгляд энтузиазм к учебе возвратился. И же, вся беда в том, что девченку готовили к школе?
Глупец
Иная история. Мальчик — смышленый, но сильно непоседливый, гиперактивный — к первому классу читать не научился. Первого сентября он пошел в школу, ну а в октябре матери произнесли: "Ваш малыш остается на 2-ой год". Мать пришла в кошмар и потащила отпрыска к Ларисе Ивановне. Малыш отказывался в том числе подходить к письменному столу, твердо заявляя: "Я глупец, я ни разу не научусь читать и писать". Это было основное, что он усвоил за полтора месяца в школе.
Хитрецкая Лариса Ивановна спорить не стала, лишь задала вопрос: "Ты когда-нибудь видел совершеннолетних, не умеющих читать и писать?" Если честно, в современность таковое бывает. Но мальчик из приличной семьи ничего похожего не видел и дал ответ: "Нет". "Ну, вот, — произнесла Лариса Ивановна. — Означает, все научились, и дураки также". После такого стартовали занятия. Во 2-м классе (уже иной школы) мальчик обучался, как говориться, благополучно.
1-ая несвобода
Осознаем ли мы, как трудно быть может в школе нашим первоклассникам? В том числе ежели учительница отменная, в том числе ежели програмка занятий увлекательная и на уроках случается творчество, но не вдалбливание правил. Все точно также 1-ый класс — это тяжело. Для почти всех это 1-ая встреча с непреложной обязательностью: хоть завтра и лишь тут, 40 5 мин. подряд, сидим тихо за партой, читаем эту книжку, рисуем палочки в этой тетрадке.
Так и никак по другому. А почти все и в дошкольное учреждение не прогуливались и, придя из любящей семьи в школу, в первый раз столкнулись с системой, каковая (в отличие от опекунов) не подстраивается под них, а агрессивно просит, чтобы они подстроились под нее. Столкнулись с критикой, в том количестве резкой, а то и просто обидной и иногда справедливой, каковую невозможно оспорить: не дадут фразы.
Для почти всех деток 1-ый класс — это к тому же 1-ое "контрольное" сопоставление себя с иными. Не просто, как во дворе, сейчас я тебя обыграл в вышибалы, а на следующий день ты меня. Ежедневно в официальной ситуации 30 человек проделывают одно и то же, и всех рассматривают: кто лучше, кто ужаснее.
Выдающиеся удачи
Как-то раз, сначала учебного года, обратилась мать ученика-первоклассника: мальчик не желает ходить в школу, любое утро — истерика. Малыша спрашивают: "Тебя учительница обижает?" — "Нет". — "Не нравится на уроках?" — "Нравится". — "Детки хоть как-то грустно обзывают?" — "Нет". — "Так в чем дело?" — "Не пойду, и все".
Лариса Ивановна, слово за слово, посодействовала матери отыскать ниточку, за каковую возможно ухватиться, и вот что в конце концов обнаружилось. Первого сентября малыш шел в школу с жесткой полной уверенностью, что он обязан быть по всем предметам лучше всех. А когда стали обучаться, он оказался "четверочником". Быть сходу лучше всех не вышло, и первоклассник принял решение: "Я ужаснее всех". Рыдал по утрам, не хотя идти туда, где он "ужаснее всех"...
Мать позже утвердила: "Наверно, это мы, совершеннолетние, виноваты. Сами не увидели, что настроили его так. Желали от малыша сходу выдающихся фурроров". Выход был найден: мальчик стал увлекаться настольным теннисом и там в конце концов достигнул собственных выдающихся фурроров, которыми не имели возможности похвастаться одноклассники. С комплексом было покончено.
Ребенку подфартило: ему досталась любящая, чуткая мать, умеющая принимать свои педагогические промахи, и невиданная школа. Множеству первоклассников ежегодно везет существенно меньше, и школьная система оценок в наименьшие сроки практически несколькими фразами, как злобный кудесник в ужасной притче, превращает их в пауков и лягушек: был шустрый ребенок — стал "глупец"; со скукотищи крутился на уроках, так как скорее всех справлялся с заданиями, — стал "хулиган и двоечник"... Это опасность еще куда наиболее суровая, чем то, что малыш проникнется брезгливостью к учебе: он рискует проникнуться неприязнью к себе и ко всему белоснежному свету, при этом на длительные годы.
Увы, не в наших силах скоро поменять существующую систему образования. Навряд ли она избавится от собственных пороков ранее, чем сегодняшние первоклассники закончат институт. Потому наше дело сейчас — "разуть глаза", как заявлял мой возлюбленный школьный наставник рисования, и пристально глядеть на собственных деток, идущих в 1-ый класс. Не прозевать их проблемы, быть готовыми им посодействовать. Посодействовать устроить арифметику и сложить ранец. Посодействовать довериться, что жизнь длится, в ней как и прежде есть пространство велику, кино и яблочным оладьям.
Мамам-папам |
